12 июня 2015 в 07:24 — 9 лет назад

8. Пшенко Елена. ПРО БРАТА-ЛЁТЧИКА (15)

Тема: Лепельщина без прикрас     Сегодня: 2, за неделю: 6, всего: 1402

 Родилась в 1932 году в деревне Гадивля. В школу пошла в Лепеле, куда переехали родители. Во время войны жила у дяди в Рудне. Отец расстрелян немцами за связь с партизанами. Мать умерла на принудительных работах в Германии. Окончила четыре класса. С мужем Дмитрием Пшенко жила в Лепеле. От начала трудовой деятельности и до пенсии работала санитаркой в психбольнице. 

Папу, Константина Фёдоровича Мацкевича, за связь с партизанами посадили в гестапо, которое находилось в бывшем педучилище по улице Советской. Мы с мамой ходили к нему. Нас пропускали. Видели, как его приводили с допроса в окровавленной рубашке, иссечённой плётками. Потом расстреляли за Черноручьем, где уничтожали евреев. Сразу после расстрела папы немцы ворвались в наш дом и увели всех, кто там был: маму Ольгу, её сестру Елизавету, их отца, моих младших брата Петю и сестру Аню. Меня дядя перед тем увёз к себе в Рудню. А родных отправили на работу в Германию. Мама и дед там умерли, а тётя, Петя и Аня возвратились после победы.

У дяди был сын Володя 1923 года рождения, который до войны окончил Свядскую школу, поступил в Лепельское педучилище. О нём и хочу повести рассказ.

 Приехал в педучилище военный вербовщик и рассказал студентам о лётной школе, которая открылась в Борисове. Пригласил поступать в это учебное заведение. Володя воспылал желанием стать военным лётчиком. Уговорил несколько студентов подать заявления в военкомат. Однако медкомиссию прошли только он и студент родом из Веребок. Остальные отсеялись.

Из послевоенных рассказов Володи я запомнила про предательства военной верхушки. Вот одно из них. Пришёл приказ разобрать исправные самолёты якобы для профилактического ремонта. Это было сделано моментально. А назавтра началась война…

Самолёты настолько были выведены из строя, что аэродром беспрепятственно разбомбила вражеская авиация, а личный состав убегал в Оршу на машинах. Не нашлось хотя бы одного исправного самолёта для эвакуации командного состава лётной части.

Поездом курсантов перевезли в Сибирь. Там они доучились и были брошены в самое пекло войны. Володя без всякой практики сразу сел на боевую машину и приступил к бомбёжке вражеских позиций.

В начале войны мы получили весточку от Володи. Кто-то из жителей соседней Слободы нашёл завёрнутую в бумагу свечу зажигания от авиационного двигателя. На обёртке было написано: «Я жив. Мы победим. В.П.» Находку отдали в Рудню отцу Володи, поскольку было понятно, что его сын пролетал над Рудней бомбить вражеские позиции в тылу и сбросил записку. О ней знала вся деревня. Дошли сведения и до немцев. Пришли к дяде Арсентию. Стали обвинять в том, что его сын бомбит их объекты. Отец лётчика ответил, что ничего не знает, сына забрали в армию, и где он сейчас, неизвестно. Не тронули. Но оставаться в Рудне было опасно, да ижить стало невозможно: ночью каждый дом трясли партизаны в поисках съестного, днём то же самое делали немцы. И мы переехали в соседнюю Гадивлю к родственнице Пшенко Варваре. А Рудню потом сожгли партизаны за то, что почти в каждом доме определялись на постой немцы. На пепелище они не наведывались, и мы возвратились из Гадивли. Поскольку и нашу хату сожгли лесные воины, дядя с тётей выкопали землянку, и мы жили в ней.

Район освободили, но продолжали налетать вражеские «рамы» и расстреливать людей на улице. Жертв не было, поскольку крестьяне, заслышав рокот в небе, заблаговременно прятались в укрытия. Однажды по звуку моторов определили, что летят необычные машины. Смельчаки выглянули из землянок и оповестили остальных, что на крыльях нарисованы красные звёзды. Сельчане вылезли из-под земли и стали взмахами рук приветствовать наших.

Один самолёт вдруг начал снижаться, помахал крыльями над пепелищами, и вдруг под ним загорелся стог соломы. Люди пришли в недоумение: свои поджигают. Однако последствий пожара не было - огонь не перекинулся за пределы стога, да и гореть, собственно говоря, было нечему - все постройки давно сожжены. На следующий день пролёт советских самолётов над Рудней повторился. Снова один из них начал снижаться. Рудняне попрятались, наблюдать остались единицы смельчаков, которые и высмотрели сброшенный из кабины пилота пакет. В нём было письмо от Володи, в котором он извинялся за сожжённый стог. Писал, что намедни уговорил командира разрешить выстрелить из ракетницы в знак приветствия. Случайно ракета подожгла стог. Так мы узнали, что Володя жив.

Вскорости дядю забрали воевать, несмотря на его старость. Правда, определили не в окопы, а поставили к подводе что-то подвозить на передовую. Однако воевал он недолго. Возвратился и сразу приступил к строительству хаты.

После освобождения учиться я пошла в четвёртый класс Свядской школы. Окончила его. Когда была на каникулах, приехал мой двоюродный брат-лётчик Володя Пшенко. Рассказал, как его самолёт сбили. С трудом посадил горевшую машину. Сам еле выбрался практически из факела. Стащил с себя дымящиеся унты, которые за считанные минуты истлели. Босой, обгоревший пробрался к ближайшей деревне. Боялся, показываться селянам - а вдруг там немцы. От оказавшегося за околицей мальчишки узнал, что сюда наведываются как немцы, так и партизаны. С помощью отца мальчика связался с партизанами и ушёл в отряд. Его командование сообщило на большую землю о нежданном визитёре. Прилетел самолёт и забрал его. В части Володя узнал, что четверо суток его считали погибшим, пока не пришла шифрограмма из партизанского лагеря.

В Москве Володе дали две недели отдыха в каком-то медицинском учреждении вроде санатория. Там он познакомился с москвичкой. Решили пожениться. После войны, как положено, расписались. У них родился мальчик. Теперь ему пять месяцев.

Володя предложил мне поехать в Москву за няньку. От радости я не знала, где себя девать. Так на четырёх классах окончилась моя учёба. В Москве пробыла почти два года. Домой возвратилась уже совершеннолетней девушкой.

Володя до пенсии служил в армии. Часто приезжал в Рудню. Я хоть и стала лепельчанкой, всегда встречалась с ним, ведь за два года совместной жизни в Москве наши отношения стали как у родных, а не двоюродных брата и сестры. Сейчас живёт в Москве. 2 января ему исполнилось 90 лет.

Записано в 2013 году.



НРАВИТСЯ
СУПЕР
ХА-ХА
УХ ТЫ!
СОЧУВСТВУЮ







Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий




Темы автора





Популярные за неделю


69. Светлый путь. БЕГСТВО НА БОЛОТО. Шуневич Анатолий  — 5 дней назад,   за неделю: 175 





Яндекс.Метрика
НА ГЛАВНУЮ