1054. Лепельщина без прикрас. ЕДИНЕНИЕ С ДИВОЙ СВЕРШИЛОСЬ! Пришелец

Сведения об авторе Пришелец излагать отказался.

 Приезжаю к Блукачу Валацужному в гости, а он рюкзак собирает. На мой немой вопрос отвечает, что задолжал Диве: первое свидание с ней провалил по собственной глупости, извинился, пообещал встретиться чуток позже, вот и собирается исполнить обещание.

 Выслушав непонятные бредни единомышленника, понял, что Дива – это не старая дева какая-нибудь, а еще постарше речка-невеличка на витебской окраине Лепельщины, вытекает из озера Островно за деревней Поземщиной и через несколько километров впадает в озеро Котовское в веси Котовщине. На всём пути канализирована. А вообще-то из Котовского перебирается в Роговское, затем по каскаду лепельско-ушачско-полоцких озёр переименовывается и впадает в Двину уже Туровлянкой.

 Кажется, не с ума сошёл коллега по увлечению, а дело говорит, в претворении которого в жизнь и мне захотелось принять участие. Напросился посадить на хвост и меня.

 И вот в полном смысле слова сижу на хвосте его драндулета, который рассекает северо-восточную Лепельщину. Промчав более двух десятков километров в направлении Витебска, затем Уллы, свернул на гравийку, пересёк дачную Поземщину, прорвался по глухому заросшему просёлку к мелиорированному полю и закатился на мост над каналом. Драндулетчик, обозрев канальное русло с обеих сторон, скривился и поковылял к верхнему течению потока, причитая уже с берега:

 - Совсем невзрачная ты, долгожданная Дива… Надо пробиваться к истоку.

 Возвратившись на мост, включил навигатор и ахнул:

 - Так это же всего-лишь вспомогательный канал! А мост над магистральным, то бишь Дивой, находится у самого её истока! Дорога туда ещё хуже, чем была сюда. Так что иди к устью, а я следом потихоньку поеду.

 Через полкилометра прихожу к главному мосту-плотине. Звоню Блукачу и описываю увиденную картину.

 Тот возрадовался, быстро примчал и спустился зондировать дно русла. С берега была наносная буза, замаскировавшаяся под цвет песка, а посредине был он самый, однако забраться туда не хватало длины голенищ.

 Возвратившись на мост, Блукач разложил новую удочку и забросил червяка в залив, образованный метровой надводной частью намертво опущенного шлюзового затвора – подъёмные винтовые опоры были спиленными.

 Мелочь косяками плавала на мели под водопадом, а выше него дно совсем не просматривалось из-за приличной глубины. В окнах между листьями лопухов поплавок иногда трогала невидимая желанная добыча. Рыболов не уставал нахваливать удобную рыбацкую засидку, уютность места для отдыха и красоту окружающих полевых просторов.

 Первая пойманная густёрка величиной с детскую ладонь сотворила бороду из тонких поводков с двумя крючками, стараясь освободиться от колючего жала. Пришлось вдвоём распутывать леску.

 Блукач время от времени продолжал нахваливать себя за удачную вылазку на встречу с Дивой: погода чудесная, место удобное, видок прекрасный, удочка успешно обкатана – в пакет к густёрке ещё прибыли плоточка, краснопёрка и уклейка. Наконец по жизни никакущий рыболов объявил перерыв на обед. Спустились по склону мыть руки.

 Не утерпел старый бродяга и полез под плотину, чтобы с близкого расстояния осмотреть один из двух шлюзовых затворов. Осмотром остался доволен.

 Поели успешно и в комфорте – травы на мосту мало, комары ещё не появились, клещи не пожелали покидать облюбованные заросли. За нашими спинами простиралась далёкая панорама сельхозпостроек агрогородка Боброво.

 Когда свернули скатерть-самобранку, скиталец заявил, что порыбачил достаточно, надо продолжить продвижение к истоку Дивы. Оно недалеко – в нескольких десятках метров.

 А вот к самому истоку не подобрались: разлив, топь, трава – даже Островно не просматривается. Блукач приказывает мне оставаться на месте, сам отходит назад, задирает фотоштатив с камерой, наобум наклоняет его и туда-сюда поворачивает устройство, щелчками извещающее о работе таймера. Что хочет, то и получает – профессионал ведь!

 - Всё! – удовлетворённо заключил проныра. – Исток Дивы покорён. Теперь надо где-то подобраться к её среднему течению. Судя по навигационной карте, проездной подход к реке есть лишь один – это шлюзовой переезд перед Бобровом. Отсюда до большой веси рукой подать, а вот ехать мелиоративными хорошими дорогами придётся неимоверными зигзагами… А что поделаешь? Придётся так и поступить.

 Действительно, сельхоздороги находятся в хорошем состоянии. Они прямы, однако располагаются одна относительно другой под прямыми углами. Такая езда надоедает. Оттого появление бегущей от покинутого нами озера Островно Дивы радует.

 Старый неугомон полез под мост, чтобы поближе изучить свою очередную любимицу Диву. Мне оставалось лишь стоять на хорошо сохранившемся шлюзе, хоть и бездействующем, да слушать выкрики характеристик реки в сим месте:

 - Дно только сверху слегка илистое, а так твёрдое! Водная поверхность пока не заросла. Рыб не видно!

 Вслух попрощались с неизвестной доселе Дивой. Пройдоха, задумчиво глядя вслед убегающей в озеро Котовское речке, пообещал ей:

 - Я доволен знакомством с тобой, прекрасная Дива! Но ты ещё не вся предстала перед моим взором. Неосмотренным осталось устье. Я его обязательно посещу, и твои фрагменты между Бобровом и Котовщиной тоже, если найду к ним подход. Так что не прощаюсь с тобой, а говорю лишь до свидания.

 После блукачовского прощального монолога я стал винить мелиораторов за то, что изувечили древнюю реку необдуманными действами в угоду большому начальству, на что щелкопёр ответил:

 - Я бы не стал так категорично высказываться. Мы получили несомненное удовольствие от свидания с Дивой. Восторженно восхищались обозримой перспективой речной поймы. Видели пышные всходы сельскохозяйственных культур. Прокатились правильными ухоженными дорогами. А не тронь мелиораторы речную пойму, вряд ли нам удалось бы проделать столь длинный путь на драндулете по здешним прежним болотам. И водоток не отнёсся бы к нам столь приветливо…

 Июнь-2026.