34-й припадок ностальгии. ЛЕС ЗА ВЕРЕБСКИМ КАНАЛОМ. Валацуга

Сведения об авторе смотреть здесь.

 А карта ограничений на посещение лесов последние годы в летнее время почти всегда окрашена в жёлтый цвет – это значит, что в лес заезжать не разрешается ни на каком виде транспорта – даже велосипед сожжёт его.

 Оставляй своего механического друга вне зоны гослесфонда и шуруй хоть в сердце его, только костёр не жги. Правда, по пути к сердцу лесных недр лес пуст, грибы-ягоды собраны ещё когда карта была зелёной в течение нескольких дождливых дней. Ну и не беда. Пусть по этому случаю бедуют алчные хапуги, а я только рад, что лес обезлюдел, поскольку меня в большей степени интересует сам факт посещения леса, а не нажива за его счёт. Ведь для меня главное – лесная красота, отдых в лесу, а не его материальные богатства. Так куда ж пойти, куда податься?

 Естественно, каждого планетянина тянут места, где он увидел белый свет, где топтали землю-матушку его детские ноги. Но и из этой, казалось бы, земной крохи выборов множество. Тогда надо отыскать тот уголок, где давно не был. Пожалуй, подойдёт моя лесная дорога в школу, вернее, из школы, поскольку буду следовать по ней именно в таком направлении.

 От моей городской берлоги до свободного от леса места в выбранном направлении всего-то 7,6 километра  - плёвое расстояние для моего драндулета. Пусть здесь дожидается меня и Валацужиху, пока будем услаждать свои души единением с природным естеством.

 …После занятий в пятом классе Эссенской неполной средней школы в родные Веребки, я в составе ватаги своих однокашников переходил плотину, регулирующую уровень реки Эссы перед впадением в неё Веребского канала, части легендарной Березинской водной системы. Шёл тогда 1963 год, в котором Эссенскую восьмилетку переместили из сплавной конторы возле деревни Юшки в казарму для комсостава радиолокационной военной части, расположенной между весями Черноручье и Козлы. После перехода плотины путь лежал дамбой Веребского канала. Тогда хорошо было видно шлюзовое сооружение, о существовании которого посторонний прохожий даже не догадается сейчас.

 Два шлюза образовывали шлюзовую камеру, для отстоя судов при переходе из одного водного уровня в другой. Следующий шлюз находился в нескольких сотнях метров выше по течению. На его месте в 1963 году через канал были переброшены обычные пешеходные кладки. Со временем они сгнили, и уже в новейшей истории в частном порядке был сооружён добротный лёгкий мост, который тоже доживает свой век.

 Даже самый равнодушный обыватель обязательно остановится на мосту, чтобы обозреть шлюзовую камеру – прежнее любимое место рыбалки жителей Веребок от мала до велика.

 А до леса от моста рукой подать. Раньше к нему даже дорога подходила, которая пролегала по дамбе и использовалась сельхозтехникой для обработки расположенных вдоль канала полей колхоза «Салют». Из лесу выныривал вспомогательный лесной просёлок, которым любила ходить в школу и из неё веребская детвора.

 Захирела, заросла лесная дорога. Но мне её не жалко. В таком состоянии она богата воспоминаниями детства, тишиной, спокойствием. Валацужиха сразу возле неё обнаружила ежевику и приступила к сбору лесной ягоды.

 А мне не до даров леса – некогда за поиском свидетельств своего детства, выбора объектов съёмки, вознёй с установкой фотоштатива. Сразу захотелось пробиться к дамбе, ведь забытая дорога проходит параллельно ей в нескольких сотнях метров. Повернул в ту сторону. Чуть пробился сквозь запущенный вечный пар. А вот хотя бы течение канала увидеть не позволила пышная зелень в русле.

 Даром только заброшенный пар штурмовал. Правда, до лесу с заросшей дамбы недалеко, но дикая трава очень заметно тормозит продвижение по себе. А ведь здесь в моём детстве постоянно колосились хлеба.

 А как в лес вошёл, так сразу три сыроежки нашёл. Правда, две из них оказались червивыми.

 Затем решил проверить, не съел ли медведь Валацужиху. На месте оказалась. В позе ягодницы стояла. Последнюю чернику выбирала.

 Получила от меня инструкцию, как и далее в лесу себя вести, после чего поплёлся современный Великий Бор изучить.

 В моём детстве сей лесной массив просто Бором называли, и мы понимали, о каком лесе идёт разговор, поскольку вокруг Веребок всякий иной бор имел персональное название, а этот именно так и назывался: Бор. Это позже, когда мой друг детства и троюродный брат Василь Азоронок стал историком, он откопал в истории, что огромный лесной массив, занявший часть планеты от слияния Веребского канала с Эссой до самых Лугов (заливной низменности напротив Забоенья) и далее аж до озера Луконец (беседский) именуется Великим Бором. Он распространяется ещё дальше под Городец, оба озера Люсинцы… На сим остановлюсь, поскольку сам толком не знаю, а потому боюсь наврать.

 Я не первый раз в Великом Бору за 63 года после окончания пятого класса, поскольку в шестой и далее ходил из Гадивли в Свядскую среднюю школу. Бывал здесь часто, почти ежегодно. Поэтому делянку по обе стороны дороги припоминаю образованной расчисткой природного лесоповала.

 Свой старый путь из школы знаю, как собственные пять пальцев. Вот сейчас перейду делянку и выйду к спуску на используемую до сих пор дорогу, ведущую в Веребки из приэссенских Лугов и бывшего центра колхоза Стаи.

 Однако речь сейчас веду не о своей родной веси, а о Великом Боре за ней. И, поскольку он и Веребский канал неразделимы, обязан сам увидеть и другим показать сию искусственную водную артерию, существующую на белом свете более двух с половиной столетий.

 Жалко выглядит фрагмент бывшего неутомимого труженика сквозь листву и высокую приводную траву. Но он должен просматриваться лучше чуть выше по течению в месте, где ещё в 50-е годы разозлённая паводком Береща прорвала дамбу и влилась в канал, создав прекрасный уголок для рыбалки, купания, отдыха, до сих пор называемый Размылое. Так и есть – вот оно!

 Если от Размылого прорваться сквозь значительный, поросший ельником подъём в гору, должен стоять стол со скамейками и многолетним скопищем пустых бутылок и мусора вокруг.

 К приятному удивлению моё предположение не оправдалось. На месте прежнего замусоренного стола со скамейками среди Великого Бора увидел опрятно смастерённый уголок для отдыха. Аж сам не выдержал и присел на него отдышаться после крутого подъёма.

 Отдохнув, снова спустился на дамбу в месте, где прошлым летом ночевал в палатке – потянули родные места к себе.

 А дело, значит, было так…

 …Ох и нашатался по лесу! Устал, конечно. Но не жалею: поностальгировал в своё удовольствие по собственному детству. Теперь в самый раз по телефону вызвать Валацужиху – пусть поищет меня в Великом Бору.

 - А как же лесные трофеи? – спросите.

 Лучше промолчу, ибо смеяться будете…

Август-2024.